postheadericon Дмитрий Завалишин

Все время длительного продвижения их к острову Баранова-Ситхе, несмотря на постоянные мытарства, а порой и просто невыносимые, казалось бы, условия, Лешеку Мавру удавалось сохранять неунывающий вид. Неизменно доброе и почти всегда веселое лицо мужественного поляка вселяло уверенность в сердца его горемычных спутников. Но иногда не могли они не заметить, как глаза их славного предводителя становились вдруг против обыкновения чрезвычайно серьезными и сосредоточенными. Весь он будто уходил во власть великих, одному ему лишь известных дум.

То были мысли относительно неудавшейся попытки его друга Дмитрия Завалишина основать в солнечной Калифорнии, посредством учреждения Ордена Восстановления, независимое государство. По всем калифорнийским делам и начинаниям Завалишина Лешек Мавр, ставший в короткий срок его единомышленником (что, кстати сказать, вовсе не удивительно, если вспомнить биографию мятежного поляка), имел целый ряд поручений. Припоминая последнюю свою встречу с опальным мичманом, Лешек еще и еще раз восстанавливал в памяти слова товарища, страшно боясь упустить что-нибудь важное из сказанного при расставании. Говорил тогда юный декабрист о знаменитом индейском вожде Помпонио — калифорнийском Робин Гуде, по прозвищу Серая Пума, одним своим именем наводившем ужас на испанских колонистов; сетовал на то, что нет у индейцев оружия, которое, впрочем, вполне можно было бы достать у бостонских шкиперов за золото, запрятанное отцами-иезуитами по изгнании их из Америки в тайниках Сьерра-Невады.

Про клады те ведал один лишь золотоискатель Гамбузино, к которому нес Лешек Мавр нечто вроде условного знака — простую пуговицу от флотского френча, по которой должен был признать его, Лешека, таинственный старец. Пылко повествовал Дмитрий и о своей любви к племяннице коменданта пресидии Сан-Франциско, прекрасной Ане-Марии Тересе-Меркадо дель Рока-Верде...

Обновлено (31.10.2011 12:37)

 
Что вы думаете о потере Россией американских владений?